• Вс. Сен 20th, 2020

Будь здоров!

Если хочешь — будь здоров!

Одиночество

ОдиночествоОдиночество  — следующий вид трудных состояний. Они вызываются недостатком внешней стимуляции фи­зического и социального характера.

В человеке, как существе социальном, исторически развивавшемся в больших группах, генетически закрепилась потреб­ность к постоянному общению с себе подобными. По­этому потеря контактов с другими людьми, длительное одиночество представляют для него серьезный фрустрирующий фактор. Общение человека с самим собой осо­бенно обостряется в условиях одиночества.

Виды одиночества

Различают абсолютное и относительное одиночество.

Абсолютное одиночество встре­чается сравнительно редко и, если исключить специ­альные эксперименты — чаще всего бывает следствием несчастных случаев (обвал в шахте, происшествие в безлюдной местности, на море и т. п.).

Для относительного одиночества жизненных пред­посылок оказывается значительно больше. По про­должительности, степени изоляции и по своему проис­хождению формы относительного одиночества могут быть самыми разнообразными.

Так, например, в усло­виях относительного одиночества протекают многие виды профессиональной деятельности, когда общение с другими людьми осуществляется лишь эпизодиче­ски (летчики-истребители, водители автотранспорта, космонавты и т. п.).

О различных степенях относи­тельного одиночества можно говорить и в тех случаях, когда оно возникает из-за нарушения привычных ком­муникативных связей. Бывает, что человек по тем или иным причинам лишается социального общения и на протяжении какого-то времени не может (не хочет) непосредственно и полноценно контактировать с дру­гими людьми (болезнь, критическая ситуация, пребы­вание в иноязычной среде).

В этих условиях актуаль­ность общения с самим собой значительно повышается. Обостряется необходимость самостоятельной критиче­ской оценки своего состояния, правильности принимае­мых решений, качества деятельности.

Вне общения с другими людьми, естественно, становится значитель­но сложнее корректировать свой образ мыслей, поступ­ков, настроения. Наиболее ярко основные черты одиночества про­ступают, когда человек длительное время находится в таких естественных условиях, которые ограничивают его общение с другими людьми, как, например, спе­леологи, одиночки мореплаватели.

Моделью такого рода условий можно считать индивидуальную изоляцию в лабораторных условиях. Она содержит все признаки строгого одиночества: сенсорную депривацию, социаль­ную депривацию и фактор «заключения».

Сенсорная депривация связана со снижением ин­тенсивности и уменьшением разнообразия притока раз­дражителей, поступающих из внешней среды.

Социаль­ная депривация обусловлена отсутствием возможности общения с другими людьми, или же общение возможно лишь со строго ограниченным контингентом людей. В этом случае человек не получает привычной социаль­но значимой информации, не может реализовать чув­ственно-эмоциональные контакты, которые возникают при общении с другими людьми.

Характеризуя недо­статочность сенсорного притока, известный американ­ский психотерапевт Э. Берн вводит понятие «струк­турирование времени». «Структурный голод столь же важен для жизни,— считает он, — как и сенсорный голод… Структурный голод связан с необходимостью из­бегать скуки… Если скука, тоска длятся достаточно долгое время, то они становятся синонимом эмоцио­нального голода и могут иметь те же последствия.

Обособленный от общества человек может структури­ровать время двумя способами: с помощью деятель­ности или фантазии». Термин «структурирование времени», недостаточно точно отражает сущность психологиче­ского явления, определяемого им. Будет точнее под этим термином подразумевать наполненность времени деятельностью, ибо только деятельность и структури­рует поток бодрствующего сознания.

Фантазии же о которых говорит Берн, это ведь тоже своеобразная деятельность. Поэтому в дальнейшем будем вместо словосочетания «структурирование времени» употреб­лять выражение «наполненность времени». Такое уточ­нение более верно, потому что общение с собой и как психическая деятельность по реальному управлению собственной личностью, и как фантазия — «общение в памяти» или же грезы «на заданную тему» — пред­ставляет собой мощный способ именно наполнения времени деятельностью.

Умение занять себя, найти форму общения, деятельности играет особенно важную роль в экстремальных условиях жизни. Рациональное использование избытка свободного времени в вынуж­денном одиночестве позволяет сохранять на вполне приемлемом уровне даже биологические функции организма. Возьмем в качестве иллюстрации этого поло­жения случаи из практики одиночного заключения, описанные Львом Разгоном.

«Мой тюремный день был расписан почти по минутам,— пишет он. Я одновре­менно сочинял несколько книг: в разное время дня — разные книги. Я их придумывал по страницам, главам, частям. Иногда — как будто я сидел за столом, за бума­гой — я подолгу задумывался над какой-нибудь фра­зой, словом,.. Одной из этих «книг» были мои воспо­минания о годах детства. Она так тщательно «напи­салась» в голове, что в лагере, во время моей ночной работы нормировщиком, я ее очень быстро, без всяких помарок, перенес в толстую общую тетрадь, прислан­ную мне из Москвы…
Потом был «музыкальный час» — когда я вспоминал музыку. И много времени я отводил предстоящему судебному процессу… В программу моих ежедневных заданий входила еще шестикилометровая прогулка. Камера имела пять шагов в длину, три в ширину. По диагонали — семь шагов. И я гулял. Проходя мимо стола, я каждый раз перекладывал спичку и таким образом считал шаги. Очень быстро я научился делать это совершенно автоматически. По тому, сколько раз спички перешли с одного места на другое (что я тоже отмечал), я узнавал пройденное расстояние. Само со­бою, большинство моих сочинительств и других умст­венных игр происходило во время прогулки»

Хорошим способом наполнения времени является игровая деятельность, направленная как бы на самого себя (решение кроссвордов, ребусов, шахматных задач и т. п.). Такой тип игровой деятельности известен под названием «лудизм». Егo отличие от соревнова­тельной игры в том, что такая игра стимулируется стремлением сообразить, найти решение, а не чувством соревнования и соперничества с другим. Играющий борется с трудностями, содержащимися в самой игре, а не против конкурента. Можно сказать, что сорев­нование идет с самим собой.

Другим видом преодоления монотонии в условиях одиночества, изоляции является творчество (очень ча­сто литературное), обращение к искусству. Возникаю­щая в условиях одиночества повышенная потребность в самоанализе может служить своеобразной психиче­ской разрядкой, преодолением этого тягостного со­стояния за счет интенсификации самообщения.

И. С. Выготский, исследовавший эти вопросы, писал, что «искусство есть необходимый разряд нервной энер­гии и сложный прием уравновешивания организма и среды в критические минуты нашего поведения. Толь­ко в критических точках нашего пути мы обращаемся к искусству…»

Одиночество, абсолютное или относительное, как правило, стимулирует процесс автокоммуникации, спо­собствует росту внутреннего внимания к наличному состоянию личности. Герой «Записок мертвого дома» Ф. М. Достоевского, попав в острог, оказался, по его выражению, в страшном душевном уединении, несмотря на наличие рядом сотни товарищей по беде.

«Одино­кий душевно,— говорит он,— я пересматривал всю про­шлую жизнь мою, перебирал все до последних мело­чей, вдумывался в мое прошедшее, судил себя один неумолимо и строго и даже в иной час благословлял судьбу за то, что она послала мне это уединение, без которого не состоялись бы ни этот суд над собой, ни этот строгий пересмотр прежней жизни. И какими надеждами забилось тогда мое сердце! Я думал, я ре­шил, я клялся себе, что уже не будет в моей будущей жизни ни тех ошибок, ни тех падений, которые были прежде. Я начертал себе программу всего будущего и положил твердо следовать ей. Во мне возродилась слепая вера, что я все это исполню и могу исполнить… Я ждал, я звал поскорее свободу; я хотел испробовать себя вновь, на новой борьбе. Порой захватывало меня судорожное нетерпение…»

Из этого отрывка видно, что вынужденное уединение героя послужило причи­ной не столько пассивной рефлексии, созерцанию картин своего прошлого, сколько активной внутренней деятельности по перспективной работе над своей личностью и судьбою.

Фактор «заключения» характерен для индивидуаль­ной изоляции. Он связан с лишением возможности свободного передвижения, соприкосновения с окружаю­щей средой и с вынужденным нахождением в ограни­ченном пространстве.

Эксперименты, в которых исследо­валось действие вышеуказанных факторов на состоя­ние человека, показали, что существенные изменения в психофизиологическом состоянии человека происхо­дят уже при воздействии одного лишь фактора «за­ключения».

Изменения электроэнцефалограммы свиде­тельствуют о снижении уровня бодрствования, ухуд­шении возможностей мыслительной деятельности. По­является чувство беспокойства, тревоги, изменяются параметры самооценки состояния и т. д.

Добавление к «заключению» двух других компонентов — социаль­ной и сенсорной депривации — увеличивает число сдви­гов в психическом состоянии, а сами воздействующие условия переносятся все тяжелее.

Учеными установлено, что пребывание человека в условиях индивидуальной изоляции может повести к целому ряду нарушений в области восприятия, мышления, памяти, внимания, эмоциональных процессов. У испытуемых возникает состояние напряжения, появляется раздражительность, несдержанность, эмоциональная неустойчивость, ухуд­шается умственная работоспособность, понижается спо­собность концентрации внимания и т. п.

Особенно жесткие условия индивидуальной изоляции — полная тишина, темнота, постоянная оптимальная температу­ра и т. п. — вызывают довольно серьезные отклонения в психических процессах, вплоть до галлюцинаций.

Затянувшееся вынужденное одиночество может стать причиной возникновения не только трудного со­стояния, но и настоящего невроза. Специальное изу­чение этого вопроса показало, что люди, жизнь которых бывает отягощена такого рода проблемой, в естествен­ных условиях жизни могут быть распределены по трем группам.

  • Первую группу составляют молодые люди от 18 до 28 лет. Острое переживание социального одино­чества происходит у них вследствие отторжения от родительской семьи, сложностей адаптации к новым условиям жизни (учеба или работа в другом городе), разрыва любовных отношений и т. п.
  • Во второй (29—38 лет) и третьей (39—55 лет) группах аналогичные кризисные состояния вызываются, как правило, распадом семьи или же реальной утратой близкого человека.

Наиболее характерными дли этих случаев являются переживания острого чувства одино­чества, душевной боли, безысходности, ощущение соб­ственной ненужности, пессимистическая оценка буду­щего. Часто у человека в этой ситуации формируется стремление к уходу в себя, углубление в переживания, происходит сужение круга контактов, может нарастать чувство отчужденности, враждебности к окружающим, активизация эгоцентрических установок, сопровожда­ясь раздражительностью, обидчивостью, конфликтно­стью.

Различаются группы продолжительностью кризи­са и выхода из трудного состояния, остротой и послед­ствиями. Представители первой и второй групп, как более молодые и имеющие больший запас перспектив, проходят эти состояния быстрее и с меньшими издерж­ками.

Немалое значение для преодоления трудных состоя­ний имеет собственная активность и готовность к этим ситуациям. Это хорошо видно, если рассмотреть и срав­нить данные экспериментов и описания фактов вынуж­денного одиночества.

Состояние одиночества в естественных условиях су­щественно отличается от индивидуальной изоляции в строгом эксперименте. Так, например, у мореплавателей-одиночек, полярных исследователей не происходит изменений в познавательных способностях. Причина — в их вынужденной постоянной активности: перед ними все время встают новые и новые задачи, от правиль­ного и быстрого решения которых порой зависит жизнь.

Снижение же активности, увеличение числа элементов сенсорной депривации (слабое освещение или полная темнота, тишина, пониженная двигательная актив­ность) действительно вызывают ухудшение памяти, за­трудняют осмысливание и обобщение чувственных вос­приятий.

И наоборот, появление возможностей даже минимального общения, при тех же условиях сенсорной депривации, как, например, в условиях групповой изоляции снимает ряд существенных моментов, присущих индивидуальной изоляции.

Итак, можно констатировать, что существует ряд условий, способствующих успешному перенесению ин­дивидуальной изоляции. Это прежде всего максималь­но возможная включенность в целенаправленную дея­тельность, высокая адекватная мотивация, четкое осо­знание необходимости решения задач исследования или путешествия как своих личных.

Замечено, что оди­ночество легче переносят люди, хорошо информиро­ванные о возможных психических состояниях, «ориен­тирующиеся» в реакциях организма и самочувствии в условиях изоляции, знающие способы самоорганизации жизнедеятельности в этих условиях. Ситуация изоляции является, таким образом, стрессовой и экстре­мальной для индивида настолько, насколько он сам воспринимает ее как таковую.

Однако одиночество — это не только трудное состоя­ние, которого следует избегать. Одиночество, форма, так сказать, социального голода, как и дозированное физиологическое голодание, может быть и полезно и необходимо человеку как средство лечения души, восстановления себя, своей самости, средство самосо­вершенствования. Человеку необходимо периодически оставаться наедине с собой, со своими мыслями и чув­ствами, со своими сомнениями и тревогами, находить лишь в самом себе и слушателя, и собеседника, совет­чика и утешителя.

Силу воздействия одиночества на человека заме­тили давно. Одиночество, как обязательное условие, очищающая процедура или даже стиль жизни — от­шельничество, — было весьма распространенным яв­лением в ряде религий. Оно представляло собой само­изоляцию, отречение от мира, общества, семьи, уеди­нение в пустынных местах. Явление это характерно как для древневосточных религий: буддизма, брахма­низма, иудаизма, так и для христианства, где отшель­ничество изначально получило распространение.

Таким образом, одиночество не всегда есть резуль­тат психологического срыва, недостатков в развитии личности. Наоборот, оно может быть одним из необхо­димых условий ее совершенствования в тесном и по­стоянном общении с природой и собой. Но всегда это для человека испытание трудным состоянием, стрес­совой ситуацией.

В любом случае целью общения с собой в таких состояниях должна быть переоценка собственных психологических установок (какой бы «ко­щунственной» ни казалась мысль об этом). Человеку просто необходимо периодически находить новые или укреплять старые точки внутренней опоры, переориентировываться, перестраивать систему значимых цен­ностей, переключаться на иные сферы самореализа­ции (например, творчество, смена профессионального статуса).