Привилегии

ПривилегииВсем или почти всем хочется дать своим детям все самое лучшее: прекрасный дом, уютную обстановку, хорошую школу и самые замечательные возможности для проявле­ния и развития способностей. А также множество других вещей, которые должны сделать их жизнь счастливее. Несомненно, что эти усилия родителей весьма по­хвальны. Беда лишь в том, что довольно редко они быва­ют вызваны именно такими естественными желаниями.

Гораздо чаще, чем можно предположить, привилегии, ко­торые мы стараемся обеспечить нашим детям, особые. И причины, побуждающие нас создавать их, тоже осо­бые. Мы не только стремимся сделать счастливее и инте­реснее жизнь наших детей, но непременно хотим, чтобы они отвечали НАШИМ предвзятым представлениям о ней.

Никто не утверждает, будто эти наши представления непременно ошибочны. Но обычно мы всегда склонны считать их бесспорными и неколебимыми. Тем не менее довольно часто они отражают наше разочарование и на­ши несбывшиеся надежды, и в детях мы видим новую возможность достичь тех целей, к которым не сумели приблизиться сами.

Иногда наши представления всего лишь отражают новый, более современный уровень со­циального и экономического развития общества, и тогда мы считаем себя обязанными «не отставать от соседей» и в том, что касается детей. Важно, однако, уметь разобраться, согласуются ли наши представления о жизни со способностями и харак­тером детей.

Художнику случается изменять первона­чальное решение в работе над картиной. И наши взгляды на жизнь, поскольку мы имеем дело с таким, еще более сложным и изменчивым, явлением, как человек, не могут не изменяться по мере взросления детей.

При огромнейшем заряде любви, который мы обруши­ваем на ребенка, нам совсем нетрудно видеть его исклю­чительным, что бы он ни совершал. Достаточно ему нау­читься узнавать и различать цвета чуть раньше других детей, как родители считают его подрастающим гением.

Стоит ему подобрать на рояле какую-нибудь простенькую мелодию, как мы уже не сомневаемся, что перед нами подлинный музыкальный талант. Следует подчеркнуть, что родители вообще слишком торопятся открывать в своих детях самые невероятные качества.

Гражданка Р., на­пример, захотела учить свою 5-летнюю дочь игре на фор­тепьяно, потому что обнаружила у нее признаки бесспор­ного музыкального дарования. Когда же девочка не про­явила особых способностей, мать вспомнила, что та­лант — это на 98 процентов потение и на 2 процента вдохновение. Поэтому она продолжала настаивать на своем и принуждала свое «молодое дарование» ко все более напряженным занятиям.

Слов нет, проводя за роя­лем шесть дней в неделю, девочка сделала в последую­щие годы блистательные успехи, но в 14 лет вдруг оста­вила инструмент и перестала получать какое бы то ни было удовольствие от музыки. Не будем говорить о дру­гих проблемах, какие проросли на этом «дереве» из-за деспотичного и полицейского надзора матери.

А гражданка М., побуждаемая своими сословными ам­бициями, отправила дочь не в общую городскую школу, а в дорогостоящую частную школу, чтобы она могла об­щаться там с детьми из богатых семей. Хотя мать бы­ла уверена, что предоставила своей дочери особую при­вилегию, девочка никогда не чувствовала себя в этой школе хорошо, потому что виделась с подругами только в часы занятий. Вдобавок она сделалась требовательной и капризной — ее перестали устраивать одежда, обста­новка в доме, даже поведение матери, которая заставля­ла ее посещать эту школу.

К сожалению, те блага и удобства, которые мы даем нашим детям, нередко действительно отражают лишь наши амбиции. И потом, никто не сказал, что дети и в самом деле хорошо себя чувствуют в привилегированном положении и разделяют наше удовлетворение по этому поводу.

Иные родители к тому же порой из кожи вон ле­зут и идут на немалые жертвы ради того, чтобы дать де­тям какие-то особые привилегии. Когда же в семье возни­кают разногласия, они становятся в позу мучеников, вы­зывая у детей такое сильное чувство вины, что все жер­твы в конце концов приносят больше вреда, нежели пользы.

В других случаях те блага, какие мы даем нашим де­тям, отражают лишь нашу гипертрофированную заботу о них. Гражданка Б., например, сама отвозит на машине, а не отправляет на автобусе сына в школу. Она опасается, что в общественном транспорте дети слишком возбужда­ются, шумят, потеют и ее ребенок может простудиться. Даже если эта дама искренно убеждена, что предостав­ляет ему особую привилегию, она добилась только одно­го — без всякой причины лишила ребенка хорошей ком­пании сверстников и радостной дружбы с ними.

Наконец, то, что мы считаем привилегией и удобства­ми, часто представляет собой не что иное, как результат нашей чрезмерной заботы. Особенно это касается одеж­ды наших детей, когда мы стараемся дать им нечто луч­шее, чем у других. То же самое, когда дарим им слишком много чересчур дорогих игрушек. На самом деле это не привилегии, а всего лишь доказательство того, как легко мы теряем голову из-за наших детей и как излишне балу­ем их.

Самая большая привилегия, какую мы можем дать своим детям. — любовь к родному дому. Родители, любя­щие друг друга и любящие своих детей, тем самым уже дали им самую дорогую привилегию, какая только может быть на свете. Во всем остальном лучшей мерой всегда будет золотая середина.

Разумеется, мы иногда отступаем от этого правила в зависимости от своего ха­рактера и нашего социального положения, но необходимо запомнить, что лучший путь именно этот. Мы не должны спрашивать себя: «Достаточно ли облагодетельствован наш ребенок?» Нам следует задавать себе другой вопрос: «Все ли примерно есть у него из того, что имеют другие знакомые нам дети?»

Единственное, что мы не можем сделать для наших детей, —  дать им больше того, что у нас есть. Мысль до­вольно простая, но мы легко забываем о ней, когда соби­раемся предоставить чадам все самое-самое лучшее. Ни в коем случае не надо этого делать. Гораздо проще и по­лезнее постараться воспитать в них желание жить в до­статке, чем в изобилии.



Comments are closed.